>.
III

милая, я лежу, болею и несказанно этому рад. я словно бы окунулся в детство и за себя не отвечаю. на животе у меня пузырь со льдом, в животе белладонна, и я наслаждаюсь передышкой от надсады писательства. нелегко ждать каждую секунду спазма — строчка, еще строчка, еще… оба процесса необычайно схожи между собой. сейчас я не работаю. краду отдых, пока незаслуженный, незаконно обеспеченный мне белладонной. но мне так не хватает жалоб и утешений. окажись ты со мной, я бы поплакал — конечно, притворно, ведь я был бы так рад тебе! а ты приняла бы мои слезы всерьез, но не слишком, потрепала бы меня за ухо, положила руку на лоб, улыбнулась. ты приласкала бы меня с радостью и на меня не досадовала бы. так ведь?
а мне так хочется любить вас. сейчас я совершенно спокоен, необыкновенно мил и лежу на подушке совершенно ручной — но недавно, мечтая о тебе, страшно злился на заточение. бессонные ночи долги. а когда ты один, не гаснет и желание. вот и воображаешь, воображаешь, а что — я тебе никогда не скажу. я в плену твоего естества, и ты щедра ко мне. я умираю от жажды. но опять начались боли, и этим вечером я совершенно безгрешен, я сама нежность. а как хорошо было бы чувствовать твою руку у себя на лбу. удивительно хорошо, любовь моя.
у меня приступ холецистита. и не первый. желчный пузырь у меня износился от недостатка воды в ливийской пустыне. но до сегодняшнего дня мне удавалось уберечь от хирургов эту семейную реликвию. надеюсь уберечь и на этот раз и встать с постели самое позднее завтра. (и, разумеется, уехать, если дадут визу. тут уж меня не удержать! ни за что!) мне даже кажется — признаюсь тебе на ушко, — что сегодня вечером я не так уж интересен. хотя, может быть, мне удастся избавиться, например, от пузыря со льдом. но думаю, будет лучше, если ты меня еще немного пожалеешь, а я еще немного пожалуюсь. так будет гораздо симпатичнее. мелкие неприятности мне отраднее, чем большие, которые меня поджидают. конфликты, хлопоты. я имею полное право ненадолго сбежать от забот взрослой жизни. имею право на небезутешное горе и твое утешение.
любовь моя, поверьте, что на самом деле я попрошу у вас совсем не утешения, а сердечного покоя, без которого не могу ни жить, ни творить. и еще света, молочного и медового, которым вся вы светитесь: расстегнешь ваше платье — и сразу рассвет. рассвет, моя радость, моя любовь, мне необходимо насытиться вами.
знаешь… желание, оно не уснуло. кроткий малыш на подушке — картинка весьма обманчивая. мои помыслы не так уж невинны. стоит тебе положить руку мне на лоб, как я схвачу ее, и ты попалась. будь настороже — я хитер и коварен. лежу с закрытыми глазами, чтобы придать тебе смелости, но на самом деле я их только прикрыл и сквозь ресницы наблюдаю за тобой… если ты подойдешь к постели слишком близко, я обхвачу тебя обеими руками, словно дерево, и не упущу сладких плодов.
мне так нужна ложбинка у твоего плеча, я прижмусь к ней щекой. нужна твоя грудь, чтобы вить любовь.

антуан.